Господь подарил мне встречи с праведниками

В этом году первый день празднования Воскресения Христова (8 апреля) совпал с 12-летием светлой кончины лидера и основателя современного православного трезвеннического движения Владимира Алексеевича Михайлова. Именно ему мы обязаны сегодняшней широкой деятельностью многотысячного Иоанно-Предтеченского братства «Трезвение» Русской Православной Церкви. В.А. Михайлов был инициатором создания ОО «Православный СанктПетербург», в рамках которой успешно действуют «Православное радио Санкт-Петербурга», Православный театр «Странник», первый в России храм в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша». Однако все эти и другие организации, появившиеся благодаря инициативе Михайлова, вряд ли получили бы реальное воплощение, долгую и плодотворную жизнь без материальной и моральной поддержки его ученика, последователя и верного друга — Сергея Евгеньевича Васильева. Ведь именно на территории завода АТИ г. Санкт-Петербурга (а завод многие годы возглавляет Васильев), успешно действуют и храм, и радио, и театр, и православный клуб «Бодрствование».

1 января 2003 г. После крестного хода в клубе «Бодрствование». Трезвенники собрались отметить награждение председателя клуба Владимира Алексеевича Михайлова (на снимке слева) орденом преподобного Сергия Радонежского IIIстепени. С иконой «Неупиваемая Чаша» Сергей Евгеньевич Васильев. Икона написана для прихода в поселке Лаврентия на Чукотке и готовится к отправке

Мы встретились с генеральным директором завода АТИ Сергеем Евгеньевичем Васильевым в прекрасном зимнем саду завода с множеством пышных растений и живыми рыбками в маленьких искусственных водоемах. Вот какой разговор у нас состоялся.

СЧИТАЮ МИХАЙЛОВА СВОИМ ГЛАВНЫМ ДРУГОМ И УЧИТЕЛЕМ

— Сергей Евгеньевич, расскажите о своем знакомстве и первом впечатлении от встречи с Владимиром Алексеевичем.

— Я же интеллигент и петербуржец во многих поколениях. Дитя каменных джунглей, даже в детстве незнавший прелестей деревенской жизни. А тут передо мной выступает такой простоватый деревенский мужичок с новгородским говорком и говорит известные вещи о вреде пьянства, о необходимости писать какие-то дневники… Одним словом, решил я не ходить на его занятия, сам в очередной раз взял себя в руки и где-то неделю держался, не пил. А потом позвонил приятель, сообщил, что добыл где-то ящик чешского пива, и я снова не устоял. Опять понеслось… В общем, только со второго захода я стал слушать Михайлова и писать дневники, которые пишу по сей день. И по сей день я слушаю Михайлова, благо сохранились записи передач с его выступлениями и беседами. С тех пор я считаю его своим главным другом, учителем и своим крестным отцом.

— Сергей Евгеньевич, а что заставило Вас искать какие-то курсы, занятия? У вас были серьезные проблемы с алкоголем?

— Еще какие серьезные. Тогда же все поголовно пили, и я начал увлекаться этим делом с 14 лет – отмечали различные праздники и события не только со сверстниками, но и со взрослыми. Тогда же примерно и курить начал. Все было весело и красиво поначалу, пока я не оказался буквально на краю пропасти. Выпивка реально стала мешать моей личной жизни, работе, нормальному самочувствию. И когда количество проблем многократно перевесило краткое удовольствие от процесса потребления спиртного, я понял, что самому мне с собой не справиться. Я много раз безуспешно завязывал и успешно развязывал выпивку и курение. В конце концов понял, что мне нужен помощник, учитель. Я стал активно искать того или тех, кто поможет мне выбраться из моей зависимости, и Господь привел меня в «Оптималист». Это было как раз в тот период, когда последователи Геннадия Андреевича Шичко разделились на две группы. Одни считали, что за занятия по избавлению от алкогольной зависимости нужно брать деньги, а другие доказывали, что этого делать нельзя, так как сам основатель метода Шичко был сторонником бескорыстной помощи страждущим. Тот, кто отстаивал необходимость платного проведения занятий, был более яркой и харизматической личностью. Я сначала к нему хотел записаться. Но там нужно было ждать очереди больше месяца, вносить аванс… Меня такой отбор временем, очередью, деньгами не устроил. И я пошел к Михайлову, за что благодарю Бога по сию пору. Господь, надо сказать, очень щедр в отношении меня, ведь он подарил мне встречу с тремя истинными праведниками и святыми людьми. К ним я отношу Владимира Алексеевича Михайлова, отца Николая Гурьянова и Владыку Антония Сурожского, с которым я имел счастье общаться во время своей поездки в Англию.

МОЯ ЖИЗНЬ РАЗДЕЛИЛАСЬ НА ДВЕ ЧАСТИ ПОСЛЕ ВСТРЕЧИ С МИХАЙЛОВЫМ

— Как давно Вы окончательно отрезвились?

— С конца 1987 года. Рождество Христово 1988 года я встречал уже трезвым.

— Значит, Вы трезвенник уже тридцать лет, почти половину жизни! Можно сказать, что ваша жизнь кардинально разделилась на две части — до и после встречи с Михайловым?

— Не то слово! С этой встречи началось не просто отрезвление, а подлинное трезвение, и мое полное духовное и душевное преображение, как бы пафосно это не звучало. Благодаря Владимиру Алексеевичу я крестился в 1992 году в Спасо-Преображенском соборе, после чего Михайлов стал еще и моим крестным отцом и наставником в вопросах веры. Через него я познакомился с известным старцем Николаем Гурьяновым с острова Залит, с митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Иоанном (Снычевым), священниками Александром Захаровым, Иоанном Мироновым.

— Именно митрополит СанктПетербургский и Ладожский Иоанн благословил Михайлова на трезвенническую деятельность?

— Да, он. И на утверждение трезвости, и на строительство храма благословил. Это было для нас тогда очень мощной поддержкой, потому что в то время духовенство воспринимало нас как неких сектантов. Только батюшка Николай Гурьянов, а затем и Владыка митрополит Иоанн нас поддержали. А вот благословение на освящение домового храма нам давал уже митрополит Владимир (Котляров). Правда, сначала он и слышать не хотел о том, чтобы освятить храм во имя иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша». Мы тогда эту дореволюционную икону сами только обрели через одну паломницу, сын которой очень пил, и её благословили объехать сколько-то храмов и монастырей, чтобы вымолить его трезвость. Побывала она и в Серпухове, откуда привезла иконку «Неупиваемой Чаши». Это был крохотный образок, с которого нам для храма написали уже крупный список. Сейчас он у нас в храме весь украшен драгоценными дарами от благодарных людей, исцеленных с помощью Матери Божией. А тогда об иконе почти ничего не было известно. 30 мая 1997 года по благословению Патриарха Алексия II икона «Неупиваемая Чаша» была впервые внесена в Православный церковный календарь Мы в это время как раз обустраивали храм. Митрополит СанктПетербургский и Ладожский Владимир сначала отказал нам освящать престол в честь этой иконы, а потом решил сам приехать и посмотреть наш храм. Увидел, на каких задворках мы находимся, каким небольшим помещением под храм располагаем, и махнул рукой: «Вас тут не видно, не слышно, и не найдет никто. Благословляю освящать в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша». 18 сентября 1997 года храм был освящён, и вслед за ним в городах и сёлах по всей стране стали постепенно освящаться храмы и часовни в честь этой чудотворной иконы.

— Владыка Владимир и предположить не мог, наверное, что со временем в вашем маленьком храме будут сотни прихожан.

— Да, сейчас у нас на Литургии до пятисот причастников бывает.

МОЩНАЯ ПОДДЕРЖКА ОТЦА ИОАННА

— Как Вы считаете, это заслуга того, что настоятелем многие годы известный батюшка Иоанн Миронов служит?

— Да, будем говорить прямо, сейчас в основном это его заслуга. Трезвенники являются костяком прихода, но к отцу Иоанну едут со всех сторон не одни только страждущие отрезвиться. О чем только батюшку не просят – помочь в получении квартиры, покупке машины, в устройстве личной жизни, в карьере и прочее. Хоть бы один спросил, как обрести смирение, что сделать для своего спасения… Однако основу прихода заложили все-таки бывшие зависимые люди, которые слушали выступления Михайлова по православному радио, а потом приходили к нему на занятия, оставались при клубе и окормлялись затем в нашем храме у первого трезвого священника Петербурга

— Александра Захарова. Я сам у него обет трезвости принимал, когда батюшка служил в Богоявленском храме на Гутуевском острове.

— Как получилось, что ему на смену пришел отец Иоанн?

— По Божиему Промыслу, конечно. Еще когда мы регулярно ездили за советами и благословением к старцу Николаю на остров Залит, он сказал нам как-то, зачем вы все время ко мне ездите, если у вас в Петербурге есть отец Иоанн. Мы тогда не знали отца Иоанна. Однако всё так совпало, что отец Александр уже просил отпустить его, говоря, что ему трудно окормлять и храм, и театр, и радио, и прочие наши проекты. Как-то отец Александр был занят, и Владимир Алексеевич нашел батюшку Иоанна и попросил его освятить купольный крест над храмом. А через какое-то время отец Иоанн сам позвонил мне и попросился в наш приход служить. Тогда мы втроем – я, отец Александр и сам отец Иоанн – поехали к Владыке Владимиру и упросили его назначить отца Иоанна настоятелем в наш храм. И вот уже 21 год он у нас служит, и благодаря его пастырской известности трезвенное движение получило мощную поддержку в лице такого благочестивого батюшки, опытного духовника.

— Вы сами на Богослужения ходите в этот храм?

— Конечно, я же ктитор нашей домовой церкви, считаю этот храм почти семейным. И главой нашей большой семьи сначала был Владимир Алексеевич, а теперь я руководствуюсь духовными наставлениями отца Иоанна во всех важных делах, как делал раньше при жизни старца Николая Гурьянова, куда мы регулярно ездили с Михайловым и другими его учениками. И это счастье, что мои родители успели перед своей кончиной исповедоваться и причаститься Святых Таин в нашем храме. До этого они были крещеными, но невоцерковленными людьми. Помню, как папа, отойдя от Евхаристической Чаши после своего первого причастия, заплакал. Оказалось, что батюшка Иоанн назвал его именем, которым его только мама в детстве звала: «Женюшка»…

«ВСЯ МОЯ ЖИЗНЬ — СПЛОШНОЕ ЧУДО»

— Были в Вашей жизни чудеса, когда Вы явно чувствовали помощь Божию?

— Постоянно чувствую, вся моя жизнь в последние тридцать лет — сплошное чудо. С уходом моего отца, кстати, связано настоящее чудо. Он вдруг пропал вскоре после смерти матушки, и мы нигде не могли его найти. Позвонили отцу Николаю Гурьянову, тот посоветовал идти наутро в Александро-Невскую Лавру и отслужить молебен перед иконой Божией Матери «Взыскание погибших». Уже во время молебна жене позвонили и сказали, в каком морге лежит тело моего отца. Оказалось, что у него случился сердечный приступ прямо в поезде. Тело отвезли в морг, а документы и телефон забрал следователь, кинул в ящик своего стола и забыл о них. А во время молебна почему-то вдруг вспомнил и нашел в папиных документах мою записку со всеми нашими контактами. В морге сказали, что если бы мы в тот день тело отца не забрали, то его похоронили бы в общей могиле за государственный счет как неопознанное лицо. И все эти 18 лет после его кончины я бы жил, не зная ничего об участи моего любимого батюшки… С кончиной Михайлова тоже явное чудо связано. Он совершено неожиданно для меня ушел из жизни. Я приехал к нему больницу, когда еще не остыла чашка с чаем, который он пил. Встал утром, помолился, выпил чаю, лег и уснул навеки. Всем бы такой мирной и непостыдной кончины, которую Владимир Алексеевич, несомненно, заслужил своими делами и молитвами. Поначалу родственники хотели увезти его на кладбище в родной деревне Новгородской области, где он построил первый свой храм, действующий и поныне. Однако отец Иоанн заявил, что такой благочестивый человек должен быть похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской Лавры рядом с архиереями. Для меня добиться такого разрешения было нереальным, но вдруг пришли люди, которые принесли разрешение на захоронение там и от правящего владыки, и от тогдашнего губернатора Валентины Матвиенко. Я этих людей не видел больше никогда, но нам на Никольском кладбище выделили тогда два места.

— Идея крестного хода 1 января в честь святого мученика Вонифатия из Свято-Троицкого собора Лавры на Никольское кладбище кому принадлежала?

— Владимиру Алексеевичу. Это он добился в своё время разрешения постоянно совершать крестные ходы в первый день нового года, ведь на кладбище находятся могилы зачинателя православного трезвеннического движения в дореволюционной России священника Александра Рождественского и Владыки Иоанна (Снычева), благословившего возродить это движение спустя 70 лет.

— Теперь крестные ходы останавливаются у могилы Михайлова, где совершается лития. После молитвы об упокоении раба Божия Владимира, священник вспоминает о Владимире Алексеевиче как подвижнике православной трезвости.

— Да, рассказывают даже случаи, что по усердным молитвам родственников у его простого деревянного креста некоторые исцеляются от греха пьянства. Я уж не говорю о том, что многие люди, которые никогда его не знали, слушают сейчас записи его передач и трезвятся. Речи Михайлова совсем не потеряли со временем своей актуальности даже для меня. Вот что ценно и удивительно.

НЕДОСТАТОЧНО ПРОСТО СТАТЬ ТРЕЗВЕННИКОМ

— В чем, по-вашему, главная заслуга В.А. Михайлова?

— Прежде всего, в том, что он был первым человеком в новой России, кто соединил дело отрезвления народа по методу Шичко с православным просвещением и воцерковлением отрезвляющихся людей, что было очень трудно в тогдашней постперестроечной стране, когда не было поддержки этой идеи ни среди мирян, ни в среде большинства священников. Это Михайлов нашел множество материалов о традициях православной трезвости и трезвения в Императорской России, он распространил икону «Неупиваемая Чаша» и сделал ее широко известной в нашей стране. Владимир Алексеевич был первым преподавателем метода Шичко, который осознал, что совершенно недостаточно просто стать трезвым человеком. Это только лишь первая ступень на пути подлинного трезвения, без которого на место одного греха пьянства могут прийти «семь злейших» других, еще более страшных для погибели души человеческой. Поражало его нестяжательство в наш век, где все стремятся к получению прибыли. Через Владимира Алексеевича проходили огромные суммы, которые ему жертвовали на создание клубов в разных городах страны, куда он летал, на поддержку трезвенного движения, а он ни копейки на себя не тратил. Более того, мог часами вести беседы с каким-нибудь опустившимся несчастным, чтобы просветить его светом истины. Удивляло его стремление к знаниям. Он прочитал множество специальной научной, медицинской, богословской литературы. Стал настолько образованным в сфере отрезвления и духовного оздоровления, что мог успешно читать лекции на курсах повышения квалификации врачам-наркологам. У него не было диплома о медицинском образовании, но его лекции были для этих врачей настоящим откровением.

НИКОГДА О СЕБЕ НЕ ДУМАЛ И НИЧЕГО ДЛЯ СЕБЯ НЕ ПРОСИЛ

— А для вас Михайлов быстро стал авторитетом, Сергей Евгеньевич?

— Да, как только я смог преодолеть свою гордыню и понял, что встретил для себя главного учителя и второго отца – и крестного, и духовного. Владимир Алексеевич был единственным человеком, который мог ругать меня так, что мне становилось стыдно до слез. И я плакал, каялся и горько сожалел, что опять огорчил своего крестного.

— Ваша трезвость как-то повлияла на коллектив, который вы много лет возглавляете?

— Сам факт моей трезвости и стремления к благочестивой жизни стал определяющим для того, чтобы рабочие завода пришли ко мне в своё время и попросили возглавить их коллектив. Это была чистая инициатива снизу. Я просто арендовал здесь помещение для своего охранного предприятия, и люди местные меня знали. Я сам вряд ли ввязался бы в эту авантюру, если бы не получил благословения отца Николая Гурьянова, который всё время повторял: «Серёженька, только не бросай завод. Потерпи». Сейчас дело поставлено таким образом, что я практически ни во что не вникаю, а только координирую общую деятельность. Фактически заводом уже полностью руководит Андрей Александрович Нечаев, которому я и передам вскоре свое гендиректорство.

— Не жалко свое детище передавать?

— А что жалеть, если в хорошие руки отдаю. Вот вам еще одно чудо, которое можно воспринимать как наследие Михайлова.

Послушала его выступления на радио одна верующая женщина, трезвенница с огромным стажем, и позвонила мне. Возьмите, говорит, на работу к себе моего внука, он будет верно служить. Я послушал благочестивую женщину, взял на работу её внука Андрюшу, который был тогда еще студентом и подрабатывал у нас поначалу курьером. Потом стал инженером, потом руководителем отдела, потом моим замом, а сейчас вот дорос до гендиректора… Так же случайно у нас появился режиссёр театра «Странник», который до этого два года ямы копал, пока я не узнал, кто он по образованию. Сама пришла к нам и Людмила Александровна Ильюнина, которая стала главным редактором издаваемого нами журнала «Православный летописец», без моих видимых усилий пришли в коллектив и все другие люди. Всё совершается по Промыслу Божию. Так что сейчас я уже почти ни во что не вмешиваюсь, всё отработано, отлажено и само идёт, а я помогаю в организации крестных ходов по трём морям боевой славы в поддержку мира. В этом году пройдем с 19 мая водным крестным ходом от Керчи до Севастополя с иконой благоверного князя Александра Невского, закрепленной на мачте так, что ни ветер, ни морские брызги не страшны. А в 2012 году мы с этой иконой прошли первым в Европе крестным ходом, когда несли крест к могиле Анны Александровны Вырубовой ( 1884—1964) в Финляндии. Как известно, она была ближайшей и преданнейшей подругой святой императрицы Александры Фёдоровны. Побывали мы тогда в Выборге, в Риге, в Таллине, в Лиепае, в Хельсинки, в Стокгольме, в Копенгагене.

Морской крестный ход. Сергей Евгеньевич Васильев — крайний слева.

— Сергей Евгеньевич, а как произошла Ваша встреча с митрополитом Антонием Сурожским?

— Опять же по святой Божией воле, я думаю. Сам я и не мечтал попасть к нему на прием, но когда брал благословение на поездку в Лондон по своим рабочим делам, отец Иоанн Миронов наказал при встрече с Владыкой Антонием поклон передать от него. Это и сподвигло меня позвонить помощникам Владыки во время пребывания в Англии. Нам выделили 20 минут для встречи. Мы приехали с женой к назначенному времени. Нас встретил такой простой Владыка в шлепках на босу ногу и в простом светлом подряснике. Усадил нас рядом и два часа с нами говорил. Митрополиту Антонию всё было интересно, а за его внешней простотой нельзя было не увидеть поистине святого человека.. Потрясли меня и встречи с монахом Рафаилом Берестовым на Афоне, где я многократно бывал. Маленький, прозрачный почти, в чем душа держится, казалось бы, а такая силища в нем духовная. Такой храм с фарфоровым иконостасом на Афоне построил!.. Чем дольше живу, тем яснее понимаю, что все эти удивительные события и благодатные встречи не состоялись, если бы не было в моей жизни самой главной встречи. Встречи с Владимиром Михайловым тридцать лет назад. Это он указал мне путь трезвения. А потом Господь поучениями благочестивых людей укреплял меня на этом пути. И пока я жив, буду делать всё, чтобы дело Михайлова тоже жило. Я каждый день благодарю Бога за то, что он подарил мне встречу с таким праведником. Я считаю Владимира Алексеевича не просто своим наставником, но настоящим христианином и поистине святым человеком, который до конца выполнил свое жизненное предназначение.

Светлана ТРОИЦКАЯ. Г. Санкт-Петербург

Text.ru - 100.00%

0

Автор публикации

не в сети 2 месяца

Тимофей Валентинов

3
Только трезвые спасут Россию ©
flagРоссия. Город: Санкт-Петербург
Комментарии: 19Публикации: 176Регистрация: 02-10-2015

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.